Принцесса на горошине. Продолжение сказки

Александру Носкову (Чену Киму)
Принцесса на горошине была такой хорошенькой –
порхала словно бабочка и пела соловьём.
Но мужа ей приметили родители-радетели,
и доченька послушная сдалась ему живьём.
 
В медовый месяц муж её на ложе на супружеском
реванш взял за терпение, накинувшись как волк.
Имел её упорно он, раз в день пускал в уборную,
и ей уже казалось, что по ней прошёлся полк.
 
Прошёл медовый месячник, принц снова зажил весело,
с охотами и пьянками совсем пошёл вразнос.
Тут свёкор со свекровию напились её кровию,
купив набор кастрюлек ей и новый пылесос.
 
И вот она без праздников по замку ходит с тазиком,
стирает, моет, гладит, а потом бежит к плите.
А мужниным родителям от злобы ли, от прыти ли
всё плохо – то не вымыто, то лакомства не те:
 
«Как, против старших ропщешь ты?!» А у неё натоптыши,
и нервы все развинчены, и тело всё дрожит.
Кому такое нравится? Ну прямо бесприданница,
поющая в терновнике над пропастью во ржи.
 
Уйдя из замка ветхого, в лесу с густыми ветками
она от сильной слабости скончалась на снегу.
Вот так и угондошили принцессу на горошине,
хотя писатель Андерсен об этом ни гу-гу.