Два часа этой осени...

Два часа этой осени можно было бы уложить 
в телевизионную драму, 
в сатирическую программу, 
даже в дорогу к храму... 
Можно было пропеть, прожить, 
прокричать, прокурить в заплеванном тамбуре электрички, 
нервно жестикулируя или ломая спички... 
Только спички лет двадцать уже за бортом, 
в электричках ты ездил в почти забытом уже 
промозглом и бешеном девяносто четвертом, 
говорить, и кричать, и петь больше не о чем - 
смыслы 
остались 
там. 
Мегаполис и утро, и новая ода семи потам, 
и на старом железе твоей башки обновленный батрачит софт... 
Да и осени было не более двух часов.