Шимон

Ши́мон был рыбак, и сын, и внук рыбака,
он ходил на лодке по озеру, солнце грело бока,
и тянулись дни чередой, и всем был доволен Шимон,
но однажды решил, что всякая плоть трава,
что пришедший прав, а судьба рыбацкая неправа,
разберёшься в этом теперь едва,
но какая разница, если уж так решил он.
Плоть трава, сказал он, полоть не переполоть,
и ходил за пришедшим по сёлам и весям вплоть
до последнего часа того, до смертного, но, увы,
не узрел на кресте никакой травы.
Тут иной бы отрёкся, но Шимон был не таков,
отрекаться и ныне не то чтоб в обычае рыбаков.
Плоть трава, — проповедовал он Вифании, Яффе, Кане,
перебрался за́ море, видел кесаря и обратил конвой,
голодал, болел, рисковал всем на свете,
и в первую голову головой,
а в итоге нигде никогда не пророс травой —
воплотился в камне.