Цветёт женьшень...

Цветёт женьшень.
Воскурен фимиам.
Бежит строка –
без вольнодумья, строго.
В моей душе
ты не прощён пока.
Но оба мы
помилованы Богом.
 
Да, как злодей,
накинувший петлю,
последних слов
нервозно правишь почерк.
Из всех людей
письмо твоё люблю,
а в нём тебя
из слов и многоточий.
 
Одной теперь
бродить в немой канве,
вдыхать и пить
беззвучие признаний.
Тебе – Тибет,
а мне пустой конверт,
и горный снег –
безудержные сани…
 
Цветёт женьшень.
Воскурен фимиам.
Бежит строка –
без вольнодумья, строго.
В моей душе
ты не прощён пока.
Но оба мы
помилованы Богом… .