«ЛАЙКИ» (эссе)

(о «лайках», рейтинге и славе...)
 
 
Мы все живём в эпоху «лайков»,
в ней рейтинг дутый правит бал,
где славу можно без утайки
добыть, имея высший балл.
 
Я не пугаю всех страшилкой,
но рейтингуют всё подряд
и в переполненной парилке
измерить рейтинг норовят.
 
А, уж, в поэзии подавно,
прочтут стишок и... одобря'м,
а против шерсти (даже плавно),
чуть скажешь - сразу по морда'м.
 
Но пишут так, как будто мысли
упали прямо с потолка,
как будто там они прокисли
или включили «дурака».
 
Готовь, читатель, комплименты,
поэт придумал ритуал:
«пятью слоями изоленты»
на «память лето примотал».
 
Куда? К чему? Вопрос открытый,
ведь автор не даёт ответ,
ищите сами смысл сокрытый,
там где его порою нет.
 
Ему - «А что за параллели?»,
а он – «Не хочешь, не читай!
Мы написали, как умели,
а ты мозгами подрастай».
 
Чем хуже стих, тем больше «лайков»
своим собратьям по перу,
что пишут так, как лудят шайки,
латать пытаясь в них дыру.
 
А сколько слов высокопарных
(где, в общем, простенький сюжет)
клубятся словно газ угарный,
как дым дешёвых сигарет.
 
Там - «неба храм» и «блещет злато»,
и «призрак вожделенных грёз»,
вот только мыслям тесновато,
чтоб проливать потоки слёз.
 
Влечёт поэта «сочность гру'ди»
«дев отрешённых» от потех,
«стальные хмари» для прелюдий
и «трон роскошный для утех».
 
«Очей сапфир» и «губ рубины»
сражают, напрочь, весь бомонд
и ногти сгрыз до половины
от зависти Алмазный фонд.
 
«Презренный мир» с «презренной дрожью»,
«бунтарства призрак» усмирял...
Стих восторгался бездорожьем
и в умилении рыдал...
 
«Ниспавшим светом откровенья»
расцвёл расхожих истин куст,
«хрустально-серебристой» хренью
речёт поэт из «дивных уст».
 
Достойно это сожаленья,
что фальшь слащавая в строке,
дрожит шаблоном вдохновенья
в его «божественной» руке...
 
Надёргав слов витиеватых,
из добрых пушкинских времён,
пиит ждёт «лайков» меценатов
и рейтинг трепетных знамён.
 
Ведь будоражит запах славы,
как внутривенный препарат...
Эх, до чего упали нравы,
когда бульварность нарасхват.
 
И вот уже аплодисменты
бушуют, как девятый вал,
и отливают монументы
из щедрых «лайков» и похвал.
 
«Волшебно! Чувственно! Маэстро!
Великолепно! Браво! Класс!»...,
но тот, кто так считает честно,
тот коньяком считает квас.
 
И раздаётся гром оваций,
клубится «лайков» фимиам.
где за изнанкой декораций,
увы, лачуга, а не храм.
 
А вы, конечно, не согласны,
что обесславлен ваш кумир?
Так перечтите безучастно
все перлы сладкозвучных лир.
 
Но самый у'шлый грех при этом:
кто щедро лайки раздаёт,
тот убивает в вас поэта
и к совершенству не зовёт.
 
Он не поможет ни советом,
ни доброй критикой ему,
а чтобы «лайк», как рикошетом,
потом вернулся бы к нему.
 
Как грезит юностью старушка,
чтоб вновь вкусить вино греха,
так петуху шлёт «лайк» кукушка,
в ответ ждёт «лайк» от петуха.
 
Мне возразят – А кто здесь судьи,
даёт совет, где - нет, где – да?
Поможет не тонуть во флуде,
ваш вкус и совесть, господа.
 
Хотя о вкусах, да, не спорят,
но он хотя бы должен быть,
как должен берег быть у моря,
чтоб мог корабль к нему доплыть.
 
Чем лучше стих, тем меньше «лайков»...
Как будто орден отдаёт
тот, кто бренча на балалайке,
её за арфу выдаёт...
 
Я знаю – многим не по нраву
то, что я здесь нарисовал,
рассудит время всех по праву,
без суммы «лайков» и похвал.
 
Не будь заштатным филантропом,
и каждым «лайком» дорожи,
и не пытайся совесть штопать,
а просто, истине служи.
 
Не пой чужими голосами
и помни, чтоб душе не лгать:
понтярщики пробьются сами,
таланту надо помогать...