Поэтическая дуэль

Дата начала
29.06.2020
Дата окончания
30.06.2020
Поэтическая дуэль завершена
поражение
vs
В комнате стоял резкий запах хвои. Молодая ель, срубленная по случаю Нового года, украшала помещение. Ей суждено было подарить праздник, стать его частью, а потом, роняя иголки, высохнуть и найти своё место на свалке. Но это будет потом, через несколько дней. А сейчас она свежа и прекрасна.
 
На пушистых ветках висело много красивых игрушек, до некоторых я мог дотянуться. Они сверкали и переливались, когда на них падал свет от гирлянды.
Ощущая покалывание от иголок, я наблюдал за Лизой, той единственной, что согревала меня своими прикосновениями на протяжении долгих лет. Сейчас, вся в заботах о том, что скоро придут гости, она не смотрела в мою сторону, а мне так хотелось ощутить на себе её нежный и манящий взгляд, как тогда, много лет назад, когда мы впервые встретились, точнее, когда она нашла меня.
 
Интересно, что во мне её привлекло тогда? Неужели белая борода? Да нет, не может быть. А может смешная красная шапка и валенки под пальто? Никто в моей жизни никогда не смотрел на меня так внимательно. Она буквально осмотрела меня с головы до ног. В её взгляде читался неподдельный интерес... Мои воспоминания были прерваны главным обитателем дома.
 
В зал, вальяжно и горделиво, вошёл кот, любимец Лизы, Дьяволенок. Как же я ненавидел это рыжее существо. Благодаря его коготкам, на мне красуются множество царапин.
Кот, подойдя к дереву, начал играть с шариком, до которого смог дотянуться. Я радовался, что этот комок шерсти не нацелился на меня. Лиза, обернувшись на неожиданный шум, улыбнулась и, погрозив пальцем шкоднику, продолжила накрывать на стол.
 
Через несколько минут коту надоел шарик и он полез под ёлку. Питомец пропал из виду. Выбросив его из головы, я продолжил наблюдать за Лизой.
Внезапно, почувствовав, как ветка ели опускается вниз, а рядом услышав утробное мурлыканье, я испытал страх. Эх, зря расслабился. Ведь знал, что этот шалопай не упустит возможности поточить об меня коготки.
 
Прыжок. Считанные секунды и неизбежный полёт вниз, на пол. Звон хрупкого стекла стал музыкой под которую наступил конец моей недолгой жизни, в которой кот поставил жирную точку. Я превратился в осколки, которые не склеить. А это значит, что мне не вернуться со всеми в коробку, на чердак. Не будет следующего Нового года.
 
Лиза подошла к ёлке и, взяв кота на руки, начала осматривать его лапы, дабы убедиться, что он не поранился.
- Ну спасибо, хлопот прибавил. Благо ёлку не повалил, - пожурила хозяйка любимца.
А меня будто не существовало. Хотелось кричать: а как же я? Тебе меня не жаль? Обрати внимание на то, что осталось от Деда Мороза, пожалей. Но все было тщетно, видно для нее я умер задолго до этого рокового дня. В этот миг пришло понимание, что любовь была безответной. Я всегда был игрушкой, обычной елочной игрушкой, которую можно заменить.
 
Вера в то, что это не конец, что всё поправимо всё ещё теплилась в стеклянном сердце. Последние лучики надежды ускользнули, когда хрупкие частички меня были беззаботно сметены на совок и отправлены в мусорное ведро. Но и в нём оставалось лежать недолго, очень скоро я, как и все бесполезные вещи, окажусь на свалке.
-Окин, будьте добры, посмотрите на мой телефон! Не могу вспомнить, куда очки положила, да ещё и задремала. Вдруг дочка звонила. – Попросила меня соседка по комнате.
-Мадам Розалин, я всё время была в комнате и читала. Если бы телефон позвонил, то я услышала бы. – Ответила я, протягивая ей старенький кнопочный мобильник, которому, наверно, было лет пятнадцать. Трясущими пальцами она провела по экрану и, убедившись, что звонка не было, мадам Розалин осторожно опустила телефон в широкий карман своего жакета. Затем она уселась в кресло перед окном, за которым снегопад набирал силу, и, глядя на падающие крупные пушистые снежинки, едва слышно прошептала:
-Ведь сегодня Рождество, Окин? Я не ошибаюсь? Дочка приехать не может, далеко, да и дорого, но она обязательно позвонит, я уверена!
-Конечно, мадам Розалин! Она непременно Вас поздравит! – сказала я и, накинув ей на плечи тёплую шаль, вышла из комнаты. Неспешно ступая по коридору, я вышла во дворик и, осмотревшись вокруг, достала свой телефон, и набрала номер мадам Розалин. Через минуту в трубке раздался знакомый дрожащий от слёз голос:
-Адель, доченька, как ты? Почему кашляешь, простудилась?
-Мама, что я слышу?! Ты снова плачешь! Каждый раз, когда я звоню, ты расстраиваешься! Мамочка, ну, что такое? – нарочито обиженным тоном, подкашливая, проговорила я.
-Нет-нет, дочка! Это от радости! Я просто не сдержалась, услышав свою девочку. – Весело протараторила мадам Розалин.
-Вот это уже лучше! – рассмеялась я в трубку. – С Рождеством тебя, мамочка! Прости, что не смогла приехать! Ты же сама понимаешь, у Армана нет свободного времени, он колесит по миру из-за своего строительного бизнеса. А мне прямо перед вылетом сообщает, в какой аэропорт приехать, чтобы сопровождать его, даже детей еле успеваю няньке передать по дороге. Но, мамочка, я очень постараюсь как-нибудь приехать! У тебя всё хорошо?
-Да, доченька! Адель, не переживай за меня, всё прекрасно, здесь очень комфортно, а Окин всегда рядом, ни на минуту не оставляет одну. – Спешно, заученно ответила мадам Розалин.
-Отлично! Мама, извини, мне пора уже! Обнимаю, целую, мамуль! Я еще позвоню! – быстро сказала я, расслышав за спиной шаги.
-Не ешь и не пей холодное! Береги себя, Адель! – пожелала погрустневшая мадам Розалин.
-Окин, тебе не холодно? Хоть бы пальто прихватила, а то и пневмонию подхватить недолго! – сестра Валери говорила весьма громко и всегда при этом жестикулировала. – Я, конечно, понимаю, что Розалин ужасно милая и приятная старушка, но это совершенно не стоит того, чтобы, все рождественские праздники провести с температурой в постели!
-Пожалуйста, Валери, тише! И прекрати размахивать руками! Она сидит у окна и может нас с тобой заметить! – процедила я сквозь зубы, потянув её за руку под арку входа. – Думаешь, мне приятно обманывать это милое создание! После разговора с Адель, которая не звонила матери уже больше пяти лет, я отчётливо уяснила, что в кругах, где она сейчас вертится, мать ей не нужна. По её словам, мадам Розалин со своими ностальгическими предпочтениями и простой речью может выставить Адель в нехорошем свете; короче говоря, ей стыдно представлять свою мать светскому обществу. Да, я подменила номер в её телефоне и звоню под видом Адель…- я на секунду запнулась, потому что предательский ком подкатил к горлу, но сумела всё-таки добавить, -потому что я тоже мать, пусть не такая старая, как она, и гожусь ей в дочери, но мой сын Дэниель никогда не позволил бы даже близко подойти к порогу этого дома для престарелых, если бы только не тот проклятый пожар…
-Так, прекрати! Сегодня Рождество! Думаешь, мне голову просквозило, что я пришла из другой части корпуса только напомнить о пневмонии, которая опасна в твоём возрасте?! Нечего было мне делать! Я прошагала по холоду, чтобы передать: к тебе пришли! – Валери расплылась в улыбке.
-Но кто? – удивилась я. – Меня некому искать, Валери, ты, наверно, ошиблась.
-Бабуль, я слепил для тебя ангела из снега, но он растаял по дороге, - донеслось до меня, и тут же Анри уткнулся раскрасневшимся от мороза лицом в мой живот. Я стояла как вкопанная, потеряла дар речи, и, видимо, Эрик, заметив моё замешательство, подошёл вплотную, снял своё пальто и, накинув мне на плечи, нагнулся и прошептал на ухо:
-Ты знаешь лучше всех, что Дэн был мне больше, чем друг, он спас твоего любимчика Анри и ценой своей жизни вернул моей Ивет нашего сына. А благодаря тебе я вырос, так и не осознав, что значит быть брошенным матерью. Неужели ты думала, что я не найду тебя? Решила обмануть своего приёмного сына, сказав, будто уезжаешь навсегда из города? Вот уж не думал- не гадал, что мне, комиссару полиции, придётся искать ещё и свою мать!
-Но, Эрик…- робко попыталась я вставить слово, однако он сильнее прижал меня к себе и продолжил:
-Холодно! Идём домой, мама!
-Сынок, я не могу, прости! Не обижайся и не сердись! Мадам Розалин ждёт меня, мы вместе будем встречать Рождество, впервые за пять лет она не будет здесь одна в праздник. Я обещала, мой мальчик, и…- я не успела договорить, как Эрик, переглянувшись с Валери, поднял голову и, разглядев за окном Розалин, крикнул ей:
-Мадам Розалин! – она открыла окно. И он, поклонившись, громко сказал, - Вы не окажете мне честь, любезно согласившись провести Рождество вместе с моей семьёй? А то ни мама, ни моя нежная половинка не умеют печь классический рождественский кекс. По дороге зайдем в супермаркет и купим всё необходимое! Абсолютно всё, что скажете, мадам Розалин!
Анри ухватил отца за рукав свитера и растерянно произнёс:
-Папа, ты же сам не разрешил разрезать кекс, пока не привезём бабулю, значит…
-Значит, испечём ещё один! - Эрик, зажав рот малыша рукой, погладил его по голове.
Мы с волнением ждали ответа Розалин, которая с кокетливой улыбкой проронила:
-Я согласна, только телефон возьму!
 

Проголосовали

Проголосовали